Мнение психолога: То, что работало с нашим поколением – не проходит с современными детьми

Юлия Корж
Мама и педагог. Интересуюсь вопросами воспитания и развития детей.
Мама и педагог. Интересуюсь вопросами воспитания и развития детей.

И родители, и учителя стремятся дать детям хорошее образование и необходимые жизненные навыки. И школа – важное звено в судьбе каждого ребенка. Здесь он растет как личность и учится взаимодействовать с окружающим миром. Но горькая статистика говорит о том, что большая часть детей воспринимают школу как свою главную проблему. Это стало вызовом для самих преподавателей и родителей, которые поняли, что подход к современным ученикам должен быть другим.

О том, что нужно нашим детям, какой должна быть атмосфера в школе, чтобы ребенок чувствовал себя в безопасности, рассказывает в интервью Екатерине Тищенко психолог и мама двоих детей Светлана Ройз.

Психолог Светлана Ройз: Ребенок не учится там, где ему страшно

Студия Светланы, где мы записывали интервью, похожа на магазин handmade-игрушек.

Тут всевозможные куклы, коллекция ангелов, колокольчики, сердечки, деревянные домики, “ловцы снов”, необычные музыкальные инструменты, крылья, подушки, а посреди всего этого – яркая деревянная лошадка-качалка.

Попадая туда, как будто оказываешься в сказочной стране, возвращаешься в детство.

“На самом деле, все это больше для взрослых, а не для детей”, – удивляет Светлана.

“Видите, у вас только что глаза горели. А многие взрослые, к сожалению, выгоревшие, у них часто нет эмоционального отклика на всю эту красоту. Особенно, когда я работала с учителями, меня это поразило”.

НЕСКОЛЬКО УЧИТЕЛЕЙ ВСТАЛИ СО СЛОВАМИ “ОНА ЖЕ САТАНИСТКА!”

– Вы работали с учителями?

– Лет 8 назад я поняла, что надо просто орать преподавателям и системе образования о том, что дети изменились, что сейчас к ним нельзя подходить с теми мерками, с которыми подходили к нашему поколению.

Тогда я начала большой проект открытых семинаров для учителей, который длился несколько лет. Это были бесплатные семинары, как для них, так и для меня. Проект проходил при поддержке журнала “Шкільний світ” и “Шкільне виховання”, Дом учителя давал помещение, из районо присылали информацию в школы.

Сначала я относилась к этому с большим энтузиазмом. Но были семинары, с которых я уходила в слезах.

Я все время начинала семинар с чего-то будоражащего, чтобы учителя очнулись. Один из семинаров я начала с того, что принесла аппарат для выдувания мыльных пузырей. В минуту зал заполнился мыльными пузырями.

И для меня было шоком, что у этих учителей практически не было эмоционального отклика.

Представьте, что рядом с вами лопаются мыльные пузыри. Какое-то эмоциональное движение должно быть – это может быть возмущение, раздражение, радость, а тут было игнорирование.

На такие бесполезные, но радостные стимулы реагирует наша внутренняя часть – субличность – “внутренний ребенок”.

Это значит, что их внутренний ребенок не откликается. Они с ним “не в контакте”.

Наши дети всегда в контакте с этой нашей внутренней частью. И любой ребенок чувствует искренность и живость нашего “внутреннего ребенка”.

А потом взрослый помогает ему ощутить и взрастить “внутреннего взрослого”.

На семинаре я много рассказывала о том, что детям важно перед уроком не просто сконцентрироваться на задаче, а почувствовать безопасность – открытость процессу.

В начале уроков или перед контрольными можно проводить маленькую медитацию, когда дети просто закрывают глазки и представляют себя в безопасном пространстве (сейчас об этом опубликовано уже много исследований).

Когда я предложила несколько маленьких медитативных практик, еще и рассказала, что есть гомеопатические препараты – если кто-то верит в продуктивность гомеопатии, – которые чуть-чуть помогают в работе мозга, несколько женщин из большущей аудитории встали со словами:

“Вы что, не видите, она же сатанистка! Она сказала два слова – гомеопатия и медитация. И вообще, что вы ее слушаете, с ее-то фамилией?”

Но это было 8 лет назад. Сейчас ко мне на курсы приходят психологи и преподаватели, и все больше преподавателей открыты к этой информации.

Иногда я прихожу в школы с семинарами для учителей и детей, если есть запрос.

– А запроса обычно нет?

– Учителя сейчас очень выгоревшие. Не потому что плохие, а потому что очень эмоционально истощенные.

Даже когда мы сами во время карантина или каникул находимся со своими детьми, мы выгораем – правда? Многие родители в последний день трехнедельного карантина кричали: “Ура! Школа!”

Любой человек в состоянии удержать в фокусе внимания и эмоционального отклика 5 детей. А тут 35. Представляете, какое ежедневное выгорание без возможности восстановиться?

Точнее незнания, как восстановиться.

Большинство преподавателей после пединститута еще первый год “горят” работой. А потом сталкиваются с тем, что нужно соблюдать какие-то бюрократические процедуры, что инновации часто не нужны и не принимаются родителями.

И родители больше требуют, больше недовольны, чем поддерживают.

Если бы родители приходили в школу с первыми словами “Спасибо, я очень ценю ваш вклад. Помогите мне, пожалуйста, понять или увидеть то, чего я не вижу в своем ребенке”, то, может, и преподавателям было бы легче.

Это еще не конец. Нажимай на кнопки ниже, чтобы смотреть продолжение. Также не забудь написать в комментариях все, что думаешь, и поделиться этой записью в Facebook.

Далее: 1 2 3

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: