Когда мама заболела

Женщина всегда имеет две работы: ту, за которую ей платят и ту, которую кроме нее больше никто не делают. Ее еще называют “женской работой” и домашним хозяйством. На самом деле, это понятие включает в себя очень многое: от мытья полов до развоза детей по кружкам. Большая часть семейных дел лежит на женских плечах. Они стараются подстроить свой рабочий график, чтобы забирать ребенка из садика, они занимаются покупками, уборкой, стиркой, готовкой, наведением уюта, решают, как воспитывать детей, чему их учить, во что одевать и кормить. И вряд ли этот список можно назвать полным.



Некоторые женщины считают, что это слишком много, как для одного человека и пытаются привлечь своего партнера к бытовым делам. Только так мужчины начинают понимать, что “женская” работа – это вполне себе труд, который забирает нервы, силы, время и здоровье. И нет ничего хорошего в том, что один лежит на диване, отдыхая после работы, а другой крутится по дому, как белка в колесе. Часто тоже после работы.

Перинатальный психолог Инна Ваганова рассказала о том, как болезнь, которая вывела ее из строя, заставила задуматься о том, вкладе, который вносят мужчины в домашние дела.

Не только плохая мать, но ещё и жена так себе!

Вообще, забавно наблюдать за своей семьёй, когда я временно выхожу из строя. Ребёныш приволок из садика очередную хворь, сам пару дней пошмыгал носом, а меня наградил температурой, кашлем и низким давлением. Осторожно высовывая нос из-под одеяла, я прислушиваюсь, как там дела на нашей семейной вотчине. И вот с одной стороны смешно, а с другой – несколько грустно и заставляет задуматься.

С утра меня разбудил ребёнок, громко сообщив мне в ухо, что он покакал. Сообщил он именно мне, потому что в течение его 4 лет разбираться с этим вопросом ему помогала именно я. Забавно, но ведь правда, мамы намного чаще имеют дело с какашками, чем папы. Про это даже часто иронизируют: «Ой, как мило! Он не знает, как поменять ребёнку подгузник». Но я та ещё фемофашистка, поэтому я прохрипела мужу в ухо: «Он покакал, иди разбирайся». У него просто не было шансов откосить.



А дальше начался обычный день семьи, с одной только разницей: мама заняла почётное место перед телевизором, а папа пошёл шуршать по хозяйству. Обычные дела: помыть посуду, покормить детей, выйти с собакой, убрать последствия завтрака детей, развесить бельё, загрузить ещё раз стиралку, разрулить детский конфликт, собрать по дому мусор и донести до мусорки, покормить собаку, ещё раз разрулить детский конфликт, выдать всем люлей, выдать альбом и краски, чтоб они наконец чем-то занялись. Через 15 минут убрать последствия детских рисунков, пойти поматериться в ванную, сесть наконец и поесть самому (муж, как ребёнок, радовался остаткам детской каши). К обеду муж на низком старте готовился выскочить из дома, и когда я «обрадовала» его перспективой пойти погулять с младшим, сходить в магазин, пропылесосить (я вторые сутки болею, пол зарос собачьей шерстью) и сделать поделку в детский садик, муж почти расплакался.

Это я всё к чему? А к тому, что это не смешно. Я помню, как в моей родительской семье мой любящий и во всех отношениях прекрасный папа относился к быту. Ему не нужен туалет в доме – значит, и никому не нужен, ему не надо кухонный гарнитур и горячую воду – значит, можно не делать. И всё это происходило потому, что мама очень ревностно берегла папу от «женской» работы. Со всеми последствиями его бытовых решений – туалет на улице, отсутствие горячей воды, нормальной мебели и бытовой техники – разбиралась мама. Она долгое время стирала руками и мыла посуду в ледяной воде, она ходила в туалет на улицу, оставляя грудную дочку дома в кроватке. Она, как совершенно правильная женщина, создавала уют и не капала на мозги главе семейства! Лёгкая ли у неё была жизнь, много ли благодарности она за это получила?! Ни грамма. Хотя нельзя сказать, что папа не любил маму и нас. Он умел успокоить ребёнка, подменял её на хозяйстве, когда мама болела, но вот по полной, каждый день, до тошноты, он ни разу не погрузился в этот обыденный быт, в эту самую «женскую» работу со всеми последствиями своих решений.



А ведь действительно, я делаю многие вещи дотошно и тщательно, потому что оцениваю последствия этих решений. Например, я покупаю детям качественную демисезонную одежду и обувь, потому что знаю цену промокшим ногам и вспотевшим на ветру шеям – детские болезни. Я тщательно мою посуду, фрукты и овощи, потому что опять же успела поплакать из-за детских поносов и больных животов. Я покупаю детям много разной и качественной еды, т. к. знаю, каким боком может вылезти плохое питание и нарушенное пищевое поведение. Я дотошно раскладываю вещи по полкам, сортирую бельё в стирку, ровно развешиваю его на верёвке, потому что уже хапнула последствий от халатного отношения к быту: полинявшие, мятые вещи и беготня по утрам, потому что никто не знает, что где лежит. И когда я увидела мужа в дверях, который радостно отрапортовал: «Я всё сделал, я пошёл!», я выдала ему ещё список дел, которые тоже нужно сделать. И это не прихоть женщины, а необходимость.

В моей родительской семье очень обесценивающе относились к женскому труду, ну вроде как: «Подумаешь, она дома сидит. Чё, ей трудно посуду пару раз вымыть?!». А сейчас оказывается, что только мама и мыла эту посуду большую часть жизни. Как только я поставила условие в своей семье: мыть посуду поровну – тогда в нашем доме появилась посудомойка! И это касается многих аспектов жизни: воспитания детей, расхода денег, отдыха и т. д. Как только мужчина по полной впрягается в этот не очень приятный воз под названием «быт, дети, хозяйство», так сразу появляются необходимые вещи и условия. А пока это делает женщина, да ещё и молча, сглаживая углы, говоря детям про папу: «Он устал, он много работает», не выклёвывая лишний раз мозг на тему текущего крана, то всё так и будет оставаться на своих местах.

Поэтому я чаще позволяю себе лежать на диване, предоставляя своим мужикам право разбираться с последствиями своих действий: с грязной посудой, с линяющей собакой, с неудобной мебелью, со стиркой и грязными полами, с порванными носками и тем, что дети молниеносно вырастают из всей одежды. На днях муж поедет одевать старшего сына к школе, соблюдая требования школьного дресс-кода, заодно в очередной раз повозмущается на высокие цены, плохое качество вещей и капризность нашего сына. А ещё его ждёт первое школьное собрание, через день он будет делать со старшим сыном уроки и выгуливать младшего, совмещая всё это с приготовлением еды и уборкой квартиры. А я… А я пойду на работе устану!

Автор: Инна Ваганова

По материалам: www.proaist.ru 



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: