Как семья влияет на здоровье ребенка

Юлия Корж
Мама и педагог. Интересуюсь вопросами воспитания и развития детей.
Мама и педагог. Интересуюсь вопросами воспитания и развития детей.

Болезнь ребенка всегда вызывает у родителей беспокойство. Особенно, если он болеет часто. Сразу включается лампочка “Что мы делаем не так”, покупаются витамины, лекарства и консультации у лучших педиатров.

И бывает так, что и лечение правильное назначили, и рекомендации все соблюдали, а причины болезни так и не были найдены.

Есть заболевания, которые, увы, не зависят ни от родителей, ни от ребенка. Но человек – существо довольно сложное, и состояние здоровья во многом зависит от наших эмоций, а детское здоровье – от того, как его воспитывают родители.

Арина Покровская, детский аналитик и психолог, рассказывает о том, как семья влияет на детское здоровье.

Детская психосоматика: работа с родителями для здоровья ребенка

Есть два разных понятия в вопросе психосоматики: есть психосоматическая личность, а есть иногда болеющий человек (ребенок).

Психосоматическая личность - это человек, ребенок со специфически организованной психикой, а именно – реагирующий на психические напряжения преимущественно реакциями тела.

Из такого ребенка часто вырастает человек, с трудом понимающий природу чувств, не умеющий понять, что он ощущает, и не способный к выражению чувств словами. Именно потому ему приходится решать конфликты через тело, напрягая его в попытках вынести все без помощи слов…

И это становится основным способом – тогда это именно психосоматическая личность.

Психологу работать с таким взрослым бывает трудно и долго. Не менее 3-5 лет нужно для того, чтобы человек смог действовать не так, как был вынужден с младенчества (!) и все эти годы, а иначе, в своих интересах и для своей пользы.

Если мы имеем в виду просто иногда болеющего ребенка, то мы можем позволить себе смотреть только на сам симптом. Все вокруг симптома может быть очень неплохо – отношения в родительской паре, проявления чувств и разговоры с ребенком, уважение к нему, уважение к себе и вообще богатая эмоциональная жизнь.

Но вот симптом тогда откуда? Оттуда, откуда возникло напряжение вокруг ситуации. Мы смотрим, какая ситуация: когда ребенок болеет? Как это влияет на него и всех вокруг? Кто как себя чувствует и проявляет во взаимодействиях? Чему мешает болезнь и чему помогает?

Все это в целом нормально, все дети и взрослые иногда болеют, потому что мы неидеальны и не можем всегда пребывать в полной осознанности, все проживая психически, замечая все свои скрытые мотивы и ныряя в бессознательное, как в бассейн на даче. Легко и безопасно)

Так не бывает. Наше тело может брать на себя часть наших затруднений, и мы можем с благодарностью этой помощью пользоваться.

Мы можем беспокоиться,  лечиться у врача или/и у психоаналитика, если симптом, болезнь серьезно рушит наши планы, подрывает нашу уверенность и самооценку, подтачивает отношения в семье или возможность профессиональной реализации.

Продолжим  о детях:

Если речь идет о хроническом симптоме ребенка, то обычно симптом встроен в потребности семьи. Конечно, бессознательные.

Когда мы позволяем себе говорить об этом вслух, родители ощущают колоссальное чувство вины. Трудно и страшно осознавать свою агрессию и беспомощность что-либо изменить прямо сейчас.

Но мы взрослые, и мы уже родители, потому мы можем это вынести психически — я на это надеюсь. И не заболеть, не сбежать, не высмеять – или какие еще защиты пришли вам в голову, а подумать обо всем и заметить свои чувства. Поделиться с кем-то близким, получить поддержку, обсудить.

Психосоматика - понятие давнее, сам термин был озвучен в начале XIX века.

“Плачет мозг, а слезы — в сердце, печень, желудок…” — писал известный отечественный ученый, врач и психолог Александр Лурия.

Зигмунд Фрейд писал: “Если мы гоним проблему в дверь, то она в виде симптома лезет в окно”.

В 1950 г. американский психоаналитик Франц Александер дал перечень семи классических психосоматических болезней: эссенциальная гипертония, язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, ревматоидный артрит, гипертиреоз (тиреотоксикоз), бронхиальная астма, язвенный колит и нейродермит.

Это и стало началом исследования взаимодействия психики и тела, его симптомов и заболеваний.

 Влияние семьи

Сейчас мы знаем, что большинство психосоматических нарушений ребенка связано с семейным стилем воспитания, а именно:

  1. Семья не поощряет выражение эмоций – “это нельзя говорить”.
  2. Болезненные эмоции не поддерживаются – “у наших детей нет ревности”, “у нас нет агрессии дома”.
  3. Воспитание направлено на подавление эмоций — “успокойся!”, “это неважно”.
  4. Неспособность родителей к раннему распознаванию болезни —  ”что ты плачешь, сейчас спать пойдешь!”, “он сегодня капризничает”.
  5. Неспособность к вербальному разрешению конфликтов в семье – “я не буду об этом говорить”, “не говори со мной в таком тоне”.
  6. Гиперпротекция, или эмоциональная отстраненность родителя – “не бегай, упадешь”, “ну что ты орешь, ничего ведь не случилось”.
  7. Много моральных или религиозных запретов – “это нехорошо”, “ты не должен злиться”, “попроси прощения”, “не будь жадиной”.
  8. Нам сложно бывает помнить или узнать для себя как будто заново, что мы все рождаемся жадными, завистливыми, эгоистичными младенцами. И это нормально.
  9. Или мы можем не помнить и “не знать”, что почти все младенцы испытывают страх, ужас, тревогу, ярость, желание сожрать и массу разрушительных импульсов.
  10. Также мы обычно не помним, что сексуальные импульсы и стремление получить удовольствие от своего тела нормальны как для младенцев, так и для детей двух, трех и старше лет.

— Нет, – говорят многие родители, – только не наш ребенок. У него всей этой гадости нет. Только не у него. Мы - хорошие родители. Не говорите нам об этом, мы этого не вынесем.

Тогда это “выносит” ребенок. Берет на себя ношу взрослых и преобразует ее в серьезную или хроническую соматику (симптомы болезней), по вышеуказанным причинам выражая свое напряжение телом, а  не психикой.

Во-первых, у него такой пример перед глазами.

Во-вторых, от него этого ждут самые важные в мире люди.

В-третьих, эти важные люди – родители, могут по своим причинам просто не уметь переносить эмоциональную часть реакций ребенка или своих.

Многим родителям сложно переносить чувства как свои, так и детей. Такими чувствами могут оказаться почти любые, в моем опыте работы это чаще всего: гнев, ненависть, злоба, ужас, тревога и страх, сексуальное возбуждение и, при сильном слиянии, другие чувства, непохожие на чувства родителя в этот момент. Т.е. даже радость, восторг и прочие как будто “позитивы”.

Если ко мне приходят родители такого ребенка, они получают поддержку. 

Это первое, и это крайне важно, потому что любой родитель делает это не сознательно от нелюбви к ребенку. Он просто не может иначе, и даже потом, когда работа уже идет и родитель видит и замечает, что именно он делает с ребенком, как влияет на него, то какое-то время он не может остановиться.

Матери часто грустят в это время, винят себя и переживают. Потихоньку они уже понимают, как могут переносить сильные и разные чувства сами, и как могут помочь в этом ребенку, но пока только пробуют это в реальности.

На этом этапе часто происходит улучшение состояния ребенка или повторное улучшение.

Говоря о повторном улучшении здоровья ребенка, я имею в виду, что иногда первый этап улучшения начинается, когда родитель только пришел. И после первых встреч, когда он уже смог довериться и начал просто говорить, вываливать, так сказать, безо всякой пока обработки все, что накопилось, на аналитика – тогда он чувствует освобождение.

В это время он уходит домой буквально облегчившимся, и мы на сессиях можем вспоминать всякие метафоры опорожнения, обычно вызывающие смех и разряжение атмосферы…

Я вообще люблю пошутить на встречах – чтобы передохнуть от заныриваний в глубины, от страданий и хаоса. Увидеть другой слой, и понять, что мы пока живы, двигаемся вперед и есть надежда, и есть хорошее.

Продвижение

В дальнейшем родитель становится все более чутким к свои эмоциям и эмоциям ребенка. Он чаще обнаруживает свое недовольство и раздражение по отношению к тому, что недавно казалось ему “нормальным” (т.е. “никаким” от силы подавления). Родитель лучше понимает себя, супруга, некоторые аспекты своего детского опыта.

И начинаются попытки встроить новое, эмоциональное, в жизнь семьи. Случаются конфликты и сближения, иногда заболевает сам родитель, не справившись с напряжением, потом восстанавливается и продолжает говорить и чувствовать.

Часто в этот период мать или оба родителя обнаруживают свои заброшенные ранее интересы и новые потребности пары.

Я всегда рекомендую обращать внимание на последнее, потому что ребенок не должен быть центром вселенной в семье, это непосильно для него. Ребенок растет и развивается нормально в свете любви родителей, которые в этот момент вовсе не родители друг для друга, но муж и жена, мужчина и женщина в первую очередь.

Потому всякие присказки, когда жена говорит отцу ребенка: “Пап!”, а он ее называет “мама”, помогают убить любовь и влечение в супружестве, токсично воздействуя на магию пары.

Из этой заметки можно понять некоторую специфику работы аналитика с родителем или семьей, чей ребенок хронически болен.

Если бы я описывала работу только с ребенком или всей семьей, это была бы другая заметка, хотя что-то бы возможно было и повторить.

Но сейчас редко вся семья готова регулярно бывать у аналитика в кабинете, и для семьи бывает легче по времени и по бюджету, когда один родитель, обычно мать, берет на себя эту работу.

По длительности мы можем предполагать, что психотерапия займет время от 6 месяцев при самом благоприятном раскладе до 2 лет, если наша основная цель – выздоровление или облегчение состояния ребенка.

Есть тут и мои ограничения – я работаю с детьми от 4 лет. Поэтому для помощи при заболеваниях  у младенцев и детей до 4 лет обычно предлагаю работу именно через родителей. Также могу рекомендовать помощь коллег, кто работает с диадой мать – младенец или с самим ребенком с раннего возраста.

В целом в работе для помощи ребенку, если мы работаем с родителем, есть одна общая сложность: на наших сессиях с родителем будет присутствовать третий – ребенок, и мы будем пытаться влиять на него и его состояние, хотя его нет в кабинете.

Помогает тут то, что это можно обсуждать, и можно проявлять взаимосвязи с симптомом ребенка и влияние родителя, и использовать возраст ребенка. А именно – то, что  дети до определенного возраста не просто зависят от родителей, но и готовы чутко откликаться своим состоянием на то, что думает, говорит и делает родитель. И общее или соприкасающееся психическое пространство родителя и ребенка делает такое влияние возможным.

А мы имеем возможность заниматься настройкой этого влияния для помощи детям и семьям.

Автор: Арина Покровская

По материалам: www.apokrov.ru

Подписывайтесь на паблик-чат Я happy МАМА в Viber

Смотрите также:
5 детских болезней, которые можно спутать с ОРВИ
Что делать родителям часто болеющих детей
Китайские ученые установили, что единственные дети обладают более гибким мышлением



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: